Кросскультурные исследования гендерных предубеждений

    Известная исследовательница, этнограф Маргарет Мид (1901—1978) внесла существенный вклад в понимание проблемы гендерных предубеждений с точки зрения культурологической парадигмы. Изучая различные культуры, она пришла к выводу, что половые различия являются порождением культуры, что многие черты маскулинности и фемининности имеют не биологическую, а культурно-социальную природу. Изучая жизнь и обычаи трех племен в Новой Гвинее, М. Мид выявила следующие особенности. Племена арапешей с точки зрения западной культуры были неагрессивны и корпоративны, женщины племени шамбула были более доминантны, чем мужчины этого же племени, а представители племен мундгуморов были грубы и некорпоративны, причем как женщины, так и мужчины.

Наблюдения за жизнью племен в Новой Гвинее позволили М. Мид сделать важные выводы о том, что очень многие черты характера, которые мы считаем мужскими или женскими, связаны с полом поверхностно, так же, как и мода на одежду, прическу или поведение, которые изменяются с течением времени.

Таким образом, гендерные предубеждения и стереотипы, а также стили мужского и женского поведения зависят от той сферы деятельности, в которую включаются индивиды данного сообщества. При этом отбираются и закрепляются те качества, которые подходят под модели мужского или женского поведения, принятые в этом сообществе.

Представляют интерес и исследования Х. Бари, М.К. Бэкона и И.Л. Чаялда. Они проанализировали целый ряд предписаний, которые предъявляют родители для мальчиков и девочек в 110 культурах и выявили, что в 82 культурах от девочек требовали послушания, в 87 – от мальчиков ожидали больших достижений. В 61 культуре девочек считали более восприимчивыми к обучению, а в 85 культурах ждали от мальчиков большей самоуверенности.

Линн Д.Б. связывает процесс возникновения гендерных предубеждений с особенностями западной культуры. Анализируя процесс полоролевой идентификации, Линн пишет, что в зависимости от пола этот он протекает неравномерно. От 5 до 12 лет более активно процесс идентификации осуществляется у девочек. Но с возрастом идентификация мальчиков приобретает более устойчивый характер. Такую закономерность Д. Б. Линн объясняет особенностью современной западной культуры. В современном западном обществе к мужчинам предъявляются более строгие требования, чем к женщинам и в то же время мужчинам представляется больше свободы и возможностей для проявления активности. Кроме того, считает автор, мальчики отождествляют себя не прямо с отцом, а с тем представлением, которое принято в том или ином обществе, в то же время как девочки отождествляют себя именно со своей матерью.

В области кросс-культурного изучения гендерных предубеждений также известно исследование Дж. Е. Уильямса и  Д.Л. Бест. Их исследованием было охвачено почти 3000 человек из 30 стран мира. Составив контрольный список прилагательных (КСП) и переведя его на различные языки, авторы исследования предлагали своим респондентам указать, какие из прилагательных характеризуют типичных мужчин, а какие – типичных женщин.

Полученные результаты свидетельствовали о высоком уровне культурной общности во взглядах на характеристики, приписываемые как мужчинам, так и женщинам. Результаты исследования позволили авторам обнаружить достаточно высокую степень согласованности по некоторым критериям «мужественности» и «женственности», некий «кросс-культурный консенсус», который лег в основу психологических универсалий, существующих в отношении гендерных предубеждений. Полученные экспериментальные данные также могут свидетельствовать о возможных эволюционно обусловленных культурных параллелях, связанных с разделением труда между мужчинами и женщинами, и общности психологических характеристик, явившихся следствием этой универсальной формы разделения труда.

Работа над результатами исследования показала сходство по таким характеристикам, как сила и активность. В большинстве культур эти характеристики приписывались мужчинам.

Кроме того, для таких стран, как Япония и ЮАР предпочтительными оказались «мужские» характеристики, в то время, как для Италии и Перу, напротив, приоритетными были признаны «женские».

К каким выводам относительно гендерных предубеждений мы можем прийти, исходя из описанных результатов?

Во-первых, можно предположить, что возникновение гендерных предубеждений в истории человечества было связано с разделением воспроизводящих функций мужчин и женщин.

Во-вторых, выполнение различных функций у мужчин и женщин приводило к постепенному закреплению тех или иных форм поведения, что, в свою очередь, приводило к различию мужских и женских психологических характеристик, которые нашли отражение в культуре.

В-третьих, в более поздних исследованиях с использованием КСП была показана взаимосвязь между гендерными предубеждениями и уровнем развития общества. Различия, касающиеся гендерных предубеждений, были выше в странах, характеризующихся более традиционным, иерархически организованным типом общества, более низким уровнем социально-экономического развития, относительно невысокой степенью распространения христианства, незначительным процентом женщин, обучающихся в высших учебных заведениях.

Меньшая выраженность гендерных предубеждений является характерной для стран, с тенденциями к равноправию мужчин и женщин, меньшим влиянием традиционных половых ролей и восприятием женских характеристик как более предпочтительных по сравнению с мужскими.

В рамках исследуемой проблемы безусловный интерес представляют многолетние кросскультурные исследования голландского антрополога Герат Хофстеде. Он осуществил сравнительный анализ типичных ценностных ориентаций людей в разных культурах по нескольким признакам, включая маскулинность и фемининность. Его исследования позволили обнаружить и охарактеризовать маскулинные и феминные общества по целому ряду социально-психологических характеристик, далеко выходящих за пределы собственно-гендерной стратификации и отношений между полами.

Хофстеде показал, что для маскулинной культуры характерны: опора на рациональность, ориентация на силу, высокий социальный статус, личные достижения, личную успешность и самоуважение, избегание неудач, демонстрацию успехов. Таким образом, для маскулинного общества приоритетными являются материальный успех, деньги, вещи; мужчины должны быть напористыми, честолюбивыми и крутыми, а женщины - нежными и заботящимися об отношениях.

В отличие от маскулинного общества феминное, напротив тяготеет к интиутивному, ориентировано на заботу о других, скромность, высоко ценится принадлежность к какой-либо общности или группе, а также теплые отношения с людьми. В таком обществе и мужчинам и женщинам позволительно быть нежными и заботиться об отношениях.

При этом автор подчеркивает, что маскулинность и феминность пронизывает все сферы общества, начиная от семьи и заканчивая религиозными и политическими предпочтениями.

Как пишет И.С. Кон «маскулинность» и «фемининность» в работах Хофстеде являются не психологическими, а антропологическими категориями. Они фиксируют различия не между индивидами, а между странами (культурами), населению которых они предъявляются в качестве подразумеваемых нормативных ориентиров, с разной степенью выраженности. Одна и та же страна может быть «феминной» по одному параметру и «маскулинной» по другому, не говоря уже о классовых и иных социально-групповых различиях.

Хотя эти свойства базируются на житейских представлениях о фемининности и маскулинности, они «работают». При сравнении по методике Хофстеде 50 разных стран и трех регионов, включающих каждый по несколько стран (Арабские страны, Восточная Африка и Западная Африка) между ними обнаружились существенные различия, не совпадающие с уровнем их социально-экономического развития или богатства. «Маскулинными» являются, к примеру, Япония., Австрия, Италия, Германия, США, Великобритания, Мексика, Венесуэла, Колумбия., Эквадор, Южная Африка, Австралия, Арабские страны, Филиппины. «Феминными», имеющими низкий балл по маскулинности, оказались Скандинавские страны - Швеция, Норвегия, Дания, Финляндия, а также Нидерланды, Франция, Португалия, Коста Рика и Таиланд. Это имеет важные социально-психологические и культурные последствия».

Влияние западной культуры на возникновение гендерных предубеждений мужчины описано и в работе современных американских психологов Д. и Дж. Элиумов. Говоря о роли мужчины в современном американском обществе, авторы подчеркивают, что мужчины, в отличие от женщин, пытаются оказывать влияние на других людей и руководить ими, главенствовать в обществе, свободно выражать свои взгляды и мнения. Для них характерны агрессия и доминирование, импульсивность и желание рисковать, напряжение и расслабление. Такие характеристики объясняются «мужской биологической силой».

Описывая процесс формирования «мужского» начала в мальчиках, Д. и Дж. Элиумы подчеркивают значимость целого ряда обстоятельств. Во-первых, это первоначальная идентификация с матерью; во-вторых, смещение  приоритетов идентификации от матери к отцу примерно между 5 и 8 годами; в-третьих, взаимоотношения в семье. Если отец жесток, склонен к алкоголизму, то и сын в своей будущей семье будет вести себя также. В семьях, где мальчики воспитываются без отцов, матери должны предоставлять сыну возможность общения со взрослыми мужчинами, «которые смогут уделить ему внимание и покажут, как использовать мощные силы, толкающие его в мужскую жизнь». И, наконец, в-четвертых, «интернализация» сыном мира отца с 16 – 17 лет.

В рамках кросскультурных исследований гендерных предубеждений безусловный интерес представляет и работа известного психолога Дэвида Мацумото.

Он пишет, что влияние культуры распространяется на многие аспекты нашей жизни, в том числе и на формы поведения, связанные с половой принадлежностью, именно поэтому в психологии необходимо серьезное исследование гендерной и культурной проблематики.

Анализируя основные понятия по проблеме психологии пола, Мацумото дает характеристику биологического пола, половой роли, половой идентичности, психологического пола (гендера) и связанных с ними гендерных ролей и гендерных стереотипов, под которыми автор понимает типичные психологические и поведенческие характеристики, традиционно приписываемые мужчинам либо женщинам. Мацумото не оставляет без внимания и проблему гендерных предубеждений, ставя их на одну ступень с такими понятиями, как « дискриминация» и «-измы».

Предубеждением он называет тенденцию заранее судить о других людях на основании их принадлежности к группе. Мацумото пишет, что термин предубеждение часто используют для описания тенденции мыслить о других в негативном ключе, основываясь на негативном стереотипе. Но подобно тому, как стереотипы могут быть и позитивными и негативными, так и люди могут иметь и позитивные, и негативные предубеждения.

В качестве источника предубеждений, Мацумото выделяет неспособность индивида осознать недостатки своего этноцентрического и стереотипного мышления. Те индивиды, которые осознают, что они оперируют стереотипами, что их стереотипы могут быть или не быть точными и что стереотипы никогда не описывают всех членов той или иной группы, бывают предубеждены реже. Те же, кто не признает недостатков своего этноцентрического и стереотипного мышления и даже не осознает существования своего этноцентризма и стереотипов, скорее продемонстрируют предвзятое мышление в отношении себя и других.

Кроме того, источниками предубеждений могут быть соперничество, которое не может не происходить между группами в любом обществе - в борьбе за власть, престиж, статус или материальные ценности; культурные факторы; некоторые личностные особенности, например, авторитарность и ряд других.

Затрагивая вопрос о компонентах предубеждений, Мацумото останавливается на двух из них – когнитивном, связанным с мышлением, и аффективном, связанным с чувствами. Основу когнитивного компонента, пишет Мацумото, составляют стереотипы, поскольку они связаны со свойственными человеку стереотипными представлениями, мнениями и установками относительно других людей. Аффективный компонент связан с личными чувствами по отношению к другим группам людей. Эти чувства могут включать в себя гнев, презрение, негодование или же сострадание, симпатию и близость. При этом, подчеркивает автор, хотя когнитивный и аффективный компоненты часто бывают связаны между собой, это совсем не обязательно, и они могут существовать у одного и того же человека независимо друг от друга.

Говоря о разнице между предубеждениями и дискриминацией, Мацумото пишет, что если предубеждение предполагает стереотипные мысли и/или чувства по отношению к группам людей, то дискриминацией обычно называют несправедливое обращение с другими людьми, основанное на их принадлежности к группе. То есть разница между предубеждением и дискриминацией - это разница между мышлением/чувством (предубеждение), с одной стороны, и действиями (дискриминация) — с другой.

Предубеждения, на взгляд Мацумото лежат в основе различных «-измов». Так, например, сексизм – это предубеждение, основанное на половой принадлежности. Хотя предубеждение может быть и позитивным, и негативным по своему содержанию, «-измы» обычно негативны и уничижительны, используясь для оправдания более низкого статуса характеризуемых людей. В то время как термин предубеждение описывает предпочтительные мысли и чувства, которых придерживается индивид, «-измы» используют для описания предубеждений, которых одна группа людей придерживается относительно другой. Как таковые они обычно составляют системы идей, представлений и мнений, присущих какой-то большой группе людей, и часто вплетаются в социальную и культурную «ткань» этой группы. Тем самым они составляют идеологию и, будучи таковой, могут передаваться из поколения в поколение во многом подобно тому, как передаются другие элементы культуры.

Выходом из создавшегося положения, на взгляд Мацумото, может стать лучшее понимание культуры. Для этого необходимо прозондировать собственную культуру, чтобы выяснить причины того, почему те или иные предубеждения продолжают существовать, и то, как их сохранение может идти на благо нашей культуре. Кроме того, людям необходимо признать существование значительной индивидуальной вариабельности внутри групп и культур, а также недостатки своего культурного этноцентризма и недоброжелательных, ограниченных предубеждений.

Изучение культуры показывает важность культурной среды, воспитания и наследия, а также их влияние на поведение человека. Признание вклада культуры в действия, поведение и причины, за ними стоящие, помогает понять, уважать и оценивать эти различия, когда мы наблюдаем их в реальной жизни.

Резюмируя все, сказанное выше, можно отметить, что кросскультурные исследования охватили целый круг очень важных вопросов по проблеме гендерных предубеждений.

Мы можем выделить следующие из них:

1)     гендерные предубеждения являются культурологическим явлением;

2) являясь порождением культуры, гендерные предубеждения выполняют ряд важных социально-психологических функций и, в свою очередь, оказывают влияние на образ жизни, традиции и поведение людей.

3) гендерные предубеждения имеет двухкомпонентную структуру, содержащую в себе когнитивный и аффективный компоненты;

4) нормы сексуальной культуры, поведение мужчин и женщин и содержание гендерных предубеждений зависят от социокультурного уровня развития общества;

5) многообразие форм проявления гендерных предубеждений объясняется изменчивостью, которую необходимо изучать в историко-сравнительном аспекте, используя принцип интегративного подхода.

AleksanDerالكسندRudرود2000-2015 , Mariupol UA -Toronto CA, ©

Сайт создан с Mozello - самым удобным онлайн конструктором сайтов.

 .